Причудливый мир легенды

Вероятно, отсюда его постоянный интерес к легендарному прошлому. Об этом факте биографии художника вспоминаешь, когда рассматриваешь многие из его работ, в том числе и его иллюстрации к поэме Шота Руставели «Витязь в тигревой шкуре». И я понимаю, почему эти работы вызвали всеобщий интерес. Знал их и А. М. Горький.

В упомянутом письме ко мне Ладо Гудиашвили писал: «А. М. Горький в 1934 году очень заинтересовался моими иллюстрациями к сказкам «Тысяча и одна ночь», а также к «Витязю в тигровой шкуре». Заинтересованность была столь велика, что Горький немедленно предложил устроить мою выставку в Москве. Я с ним лично не был знаком и не встречался. Эти сведения я имел через художника Кирилла Зданевнча (он постоянно проживал в Москве), а также от покойного писателя Г. Цагарели, в переводе которого в Москве печаталась поэма Шота Руставели „Витязь в тигровой шкуре"».

Образы старинных миниатюр и старых фресок возникли заново в этой работе художника.

Причудливый мир легенды, тонкой, романтической и в то же время пронизанной подлинно народным ощущением мира, мы видим и в портрете великого поэта, и в иллюстрации к сказу о совещании Фрндона, Автандила и Тарнэла у Каджетской крепости. Три витязя изображены художником, три жизненные манеры держаться и нечто большее - черты трех типов характеров вообще.

Точность, филигранность деталей переднего плана, напоминающих старинную миниатюру, сочетались с обобщением и лаконичностью второго плана, заставляющего вспоминать старые грузинские фрески. Великолепны изображения сеч и битв, превосходны лирические сцены.



<<< Первое знакомство с Владимиром Давидовичем Гудиашвили

Писатель П. Павленко >>>

<<<Оглавление>>>

© Sega 2005-2016
Рекламные статьи