Валентин Александрович Серов (1865—1911)

Девочка с персиками
Девочка с персиками (1887)

Однажды скромнейший Валентин Александрович Серов упрекнул в дружеской беседе И. Э. Грабаря за то, что последний в своем «Введении в историю русского искусства» дал слишком высокую оценку одной из ранних его работ— портрету Веруши Мамонтовой.
— Я сам ценю и, пожалуй, даже люблю его,— сказал он Грабарю.— Вообще я считаю, что только два сносных в жизни и написал,— этот да еще «под деревом»... Все, чего я добивался,— это свежести, той особенной свежести, которую всегда чувствуешь в натуре и не видишь в картинах. Писал я больше месяца и измучил ее, бедную, до смерти, уж очень хотелось сохранить свежесть живописи при полной законченности,— вот как у старых мастеров. Думал о Репине, о Чистякове, о стариках — поездка в Италию очень тогда сказалась,— но больше всего думал об этой свежести. Раньше о ней не приходилось так упорно думать...
«Девочка с персиками» была создана не достигшим еще двадцати двух лет Серовым в 1887 году, а 25 лет спустя, в 1913 году, через два года после смерти художника, Игорь Грабарь писал в своей монографии о Серове:
«Бывают создания человеческого духа, перерастающие во много раз намерения их творцов. Случалось, что скромный школьный учитель, долгие годы сидевший, согнувши спину, в своей каморке над какой-то никому из окружающих ненужной рукописью, через полвека после своей смерти оказывался создателем нового миропонимания, отцом новой философии, властителем дум и настроений века. Он сам не сознавал всей значительности и ценности своего труда. Так совершались самые необычайные открытия, так создано немало великих произведений поэзии, музыки, скульптуры, архитектуры и живописи. К таким же созданиям надо отнести и этот удивительный серовский портрет. Из этюда «Девочки в розовом», или «Девочки за столом», он вырос в одно из самых замечательных произведений русской живописи, в полную глубокого значения картину, отметившую целую полосу русской культуры.
Прошло уже четверть века с тех пор, как написан портрет, настали другие времена, и того, что было, не вернуть. Нет больше на свете и этой девушки-подростка, с таким чудесным, невыразимо русским луцом, что если бы и не было внизу серовской подписи, все же ни минуты нельзя было бы сомневаться в том, что дело происходит в России, в старом помещичьем доме. Можно наверное сказать, что эта старая мебель не покупалась у антиквара, да вряд ли ее ценили тогда: может быть, и подумывали временами о замене «неуклюжей и неудобной старой рухляди» свежей и «изящной гарнитурой», да все как-то некогда было возиться — пусть себе стоит. За деревенским окном не видишь, но чувствуешь аллеи парка, песчаные дорожки и все то неизъяснимое очарование, которым насквозь проникнута каждая безделица старой русской усадьбы.
Во всей русской литературе я не знаю ничего, что на меня действовало бы так сильно, как несколько строк из отповеди Татьяны Онегину:

...Сейчас отдать я рада
Всю эту ветошь маскарада,
Весь этот блеск, и шум, и чад
За полку книг, за дикий сад.
За наше бедное жилище,
За те места, где в первый раз,
Онегин, видела я вас.
Да за смиренное кладбище.
Где нынче крест и тень ветвей
Над бедной нянею моей.

В русской живописи я знаю только одну вещь, напоминающую мне несравненные стихи Пушкина,— серовский портрет В. С. Мамонтовой. Здесь не видно «полки книг», но я уверен, что она есть, непременно есть, — либо тут же, либо в соседней комнате, — как наверное знаю, что где-то в конце сада есть «крест» и тихо шевелится «тень ветвей» над чьей-то дорогой могилой».
Подмосковная усадьба Абрамцево, принадлежавшая С. Т. Аксакову, перешла в 1870 году во владение Саввы Ивановича Мамонтова, крупного промышленника, любителя искусств и художественного деятеля, сумевшего привлечь в абрамцевский художественный кружок многих замечательных русских живописцев. В семью Мамонтовых Серов вошел еще ребенком, был в ней как родной, дружил с детьми Саввы Ивановича. Сын Мамонтова, Всеволод Саввич, вспоминает:
«На почве этой дружбы и явилась на свет знаменитая серовская «Девочка с персиками», один из перлов русской портретной живописи. Только благодаря своей дружбе, удалось Серову уговорить мою сестру Веру позировать ему. Двенадцатилетнюю жизнерадостную бойкую девочку в летний погожий день так и тянет на волю, побегать, пошалить. А тут сиди в комнате за столом, да еще поменьше шевелись. Эта работа Серова потребовала много сеансов, пришлось сестре долго позировать для нее. Да Антон (дружеское прозвище Серова. — В. Л.) и сам признавал медленность своей работы, очень этим мучился и впоследствии говорил сестре, что он ее неоплатный должник».
Серов работал над портретом «запоем», увлеченный сознанием, что дело у него спорится, «идет как по маслу».
«Девочка с персиками» — одно из первых крупных произведений В. А. Серова. Эта картина, созданная на заре творческой жизни художника, выявила огромный масштаб его дарования и сразу определила его место и значение в истории русского живописного искусства.
Итак, на картине изображена общая любимица гостивших в Абрамцеве художников — Вера Саввишна Мамонтова, Веруша, одна из одареннейших русских женщин, жизнь которой была рано прервана неожиданной смертью.
Не только во внешности Веруши, но и в чертах ее стремительного характера было очень много отцовского — горячности, страстности, увлечения новизной. В захватывающее кипение абрамцевской художественной жизни, в царившую здесь дружную и радостную творческую атмосферу, которой столь многим обязано русское искусство, в эту жизнь «с папиным огоньком» Веруша вносила свою отчетливую нотку, повышавшую общую высокую художественную настроенность замечательного содружества, жившего и работавшего в старом аксаковском доме на высоком берегу речки Вори.
«Это был тип настоящей русской девушки по характеру, красоте лица, обаянию», — говорил, вспоминая Верушу, Виктор Михайлович Васнецов, преданнейший участник абрамцевского содружества художников.
...Живая, загорелая, с большими темными лучистыми глазами, с шапкой непокорных густых волос, она пристально смотрит на зрителя, вся залитая светом, врывающимся через окна и играющим разноцветными отблесками на стене, на майоликовом блюде, повешенном в простенке, на спинках стульев, на столике у окна, на подсвечнике, на серебре ножа и лежащих на столе бархатистых плодах.
Радостный, необыкновенно бодрящий солнечный свет, падая из окон, насыщает все пространство большой светлой комнаты, скользит по лицу Веруши, порождая изысканную игру сиреневых и голубых тонов на розовой блузке, переливаясь перламутром рефлексов, скользя разноцветными бликами, играя цветными пятнами на скатерти.
Смуглое, с проступающим сквозь загар румянцем лицо Веруши оттеняется в картине общим голубоватым, холодного тона, колоритом, который смягчается теплыми тонами фруктов и листьев и звучным тоном красного банта на груди.
Во всем портрете чувствуется продуманная композиционная завершенность, которая отличает все последующие портретные работы Серова. Фигура вписана в окружающую обстановку, как в естественную жизненную среду, что и превращает портрет в картину, а мастерски написанное, насыщенное светом и воздухом пространство — не только столовой, но и соседней гостиной и парка за окном — делает эту картину особенно привлекательной, волнующей, живой.
Портрет Веруши Мамонтовой, поразивший всю тогдашнюю Москву, является одним из прекрасных созданий русского портретного мастерства не только по силе исполнения, но и по типажу изображенного лица, носящего в себе черты национальной русской красоты.
Академик М. В. Алпатов писал об этом портрете:
«Кто не знает в Третьяковской галерее «Девочки с персиками», этой милой смуглой девочки-шалуньи? Она лишь на минуту уселась за столом, искоса поглядывая на нас своими карими глазами, в которых притаился огонек. У нее чуть раздуваются ноздри, точно она не может отдышаться от быстрого бега. Ее губы серьезно сжаты, но в них столько детского беззаботного и счастливого лукавства!.. Такой ее знают все, такой она стала всеобщей любимицей. Родных сестер «Девочки с персиками» можно найти в русской литературе у Пушкина, у Тургенева, у Чехова, особенно у Толстого».
Свежесть молодости, веющая на нас от лица Веруши Мамонтовой, передана Серовым с поражающей, непостижимой тонкостью и благородством. Ведя начало от этого изумительного дебюта, можно уверенно говорить о серовском вкладе в мировое изобразительное искусство.
...И сейчас яркий солнечный свет заливает знакомую столовую в музее-усадьбе «Абрамцево». Нет здесь только обеденного стола, за которым некогда сидела, позируя своему любимому старшему другу, милая Веруша. Все остальное сохранено таким, каким оно было при Серове и у Серова: на подставке стоит фигура гренадера – игрушка работы Сергиевских кустарей, раскрашенная Серовым, над ней – майоликовая тарелка. В окно светит солнце…



<<< Николай Алексеевич Касаткин (1859—1930)

Валентин Александрович Серов (1865—1911) >>>

«««Русская живопись XVIII в»»»
«««Русская живопись начала XIX в»»»
«««Русская живопись конца XIX в»»»
«««Русская живопись XX в. Советская живопись.»»»

© Sega 2005-2016
Рекламные статьи