Философское произведение

Дроссельмейер все время и в действии и вне его. Поэтому кажется, что события спектакля то идут своим ходом, то выступают как волшебное наваждение. И подобно тому, как за фантастикой приключений Маши скрыта глубочайшая реальность, так за бытовыми сценами начала чудится фантастика. Это подлинный Гофман и одновременно подлинный Чайковский. А все вместе - глубоко философский спектакль-сказка. Елка в спектакле словно символизирует весь мир, вселенную. Среди ее ветвей, под ней или на ней развертываются события.Разумеется, никакой рассудочно прямолинейной аллегоричности в этих образах нет. Но их метафорическая многозначность допускает подобные ассоциации. Все они в пределах общей концепции постановки, ее замысла как феерической новогодней сказки с путешествием по елке к ее звезде и одновременно философской поэмы о счастье и зле, о мечтах, одухотворяющих и просветляющих реальность, о прекрасном идеальном мире, олицетворяющем смысл жизни. Задумав «Щелкунчика» как философское произведение Григорович должен был не только прибегнуть к метафоричности и символике, выводящей смысл спектакля далеко за пределы детской сказки и бытовой достоверности, а и добиться драматургической целостности, органического единства всех эпизодов, над чем бились все предшествующие балетмейстеры. Но если ранее это удавалось лишь частично, то теперь достигнуто полностью. Бытовые и фантастические сцены связаны между собой прежде всего главными героями, участвующими во всех картинах и стоящими в центре действия, развитие которого подчиняется характеристике их образов, выявлению их поступков и отношений.



<<< Гениальная музыка

Бытовые и фантастические сцены >>>

<<<Оглавление>>>

© Sega 2005-2016
Рекламные статьи